Между ликом и портретом

1.Концепция 2.Парсуна 3.Стилизация картин под картины 4.Заключение 5.Источники

Иконопись и живопись прошли долгий путь развития этих видов. Если картина, особенно портретный жанр, стремительно изменялась под воздействием времени, новых философских течений и технологий, фиксируя изменчивую человеческую природу, то икона, напротив, старалась провести свои незыблемые каноны через века, сохраняя верность богословскому замыслу.

Смотря на итоги этого развития, иногда трудно сказать, что одно появилось из другого и это были вовсе не иконы появившееся из абстрактных картин. Как раз наоборот — именно живописные полотна начали свое отделение от иконописной традиции лишь в XVII веке, и ключевым звеном этого разрыва стала парсуна.

Не смотря на относительно короткий временной отрезок, если сравнивать со временем существовании иконы как вида искусства, светская картина сильно изменилась, разделившись на свои десятки и множества жанров, видов и стилей. Картина так сильно ушла от своего истока, что схожих черт с иконой, почти и не осталось.

Одно и то же лицо, написанное в разных системах, может разительно отличаться, и это неудивительно. Портрет фиксирует характер, возраст, настроение, личные особенности и даже мимолетные эмоции модели. Его задача это создать узнаваемый образ конкретного человека во всей его земной полноте.

Икона показывает очищенный архетип, лик вне возраста и плоти. Нимб, обратная перспектива, условный фон — все это работает не на сходство, а на присутствие и диалог со святым.

В этом исследовании совмещаются две реальности: взгляд художника, ищущего сходство, и взгляд богослова, ищущего идеал.

Я решила поделить данное исследование именно на такие части для того чтобы через возникновение показать формирование новой традиции изображения людей, я использовала сравнение портретов и икон одних и тех же людей, чтобы четко показать разницу между этими двумя видами изобразительного искусства, а так же показала через стилизации как живописные каноны и каноны иконописные соединяются на одном полотне, но не в конм случае не смешиваются. Глаз зрителя всегда может заметить их на картине.

Исходя из старых изображений дошедших до наших дней, изображение светских людей, портреты, не сильно отличались от икон, но в семнадцатом веке начали появляться парсуны

В парсунах сохранялись каноничность образов, статичность поз, плоскостное изображение, использование атрибутов и надписей для идентификации изображённого. Часто такие портреты писались на дереве темперными красками, как и иконы.

Художники уделяли больше внимания соблюдению изобразительных норм, но и пытались добиться сходства с оригиналом

Мы можем видеть интересное явление, которое не свойственно иконам, но свойственно портретам и парсунам, а именно изображение человека в три четверти, а не в анфас и профиль. А также с изображений почти исчезли нимбы, однако на некоторых парсунах есть золотой фон, как на иконах.

Парсуны создавались не для передачи образов святых. Парсуны создавались для царей, князей, военачальников, дворян, патриархов, епископов. Женщины изображались редко, исключением были изображения царственных невест и жён.

Несмотря на родство с иконой, различия с ней становились у таких портретов все больше. Художники испытывали влияние западноевропейской живописи, стремились к передаче индивидуальных особенностей модели, объёмности форм, благодаря чему изображение стало больше передавать сам лик, нежели душу человека.

В конце концов портрет отделяется от иконы, появляются парадные портреты знатных людей. На них можно заметить небольшую сквонность модели и живописца, которые еще не разобрались как подчеркнуть социальный статус изображенного человека и в какой позе его изобразить.

Драпировки на представленном портрете изображены не ловко. По сравнению с более поздними портреты на которых мы можем понять даже какой тип ткани используется, в этом случае нам нужно опираться на догадки и то, что обычно для таких портретов берут атлас или бархат. Сама ткань лежит странно и неестественно, отвлекая внимания на себя с человека, статус которого она должна была подчеркивать, есть ощущение, что сам художник не понимает строение складок, из что он должен зацепить внимание зрителя.

В каком-то смысле фреска, которую мы обозревали в предыдущей рубрике, чем-то близка к стилизации картин под иконы. Однако сами же стилизации пусть и пользуются канонами изображения передают еще индивидуальный стиль рисования художника.

С работами В. Кандинского произошла крайне интересная ситуация, он позаимствовал от икон не сколько стиль, а частично композицию и ее динамику.

Странно было бы говорить, что В.Кандинский взял стилизовал свой стиль под икону, скорее наоборот, стилизовал икону под свой стиль. Мы видим пятна, мазки и линии за счет которых можно у видеть тот характерный образ Георгия с копьем, однако, картина выглядит так, словно мы сами находимся в пылу сражения и не можем четко разобрать что происходит вокруг, из-за того как быстро развиваются события.

Прикрепить карточку На следующей же работе мы видим что в картине преобладает стиль похожий на лубок, но и элементы иконы такие как подпись имени святого и нимб. Кандинский этим не ограничился. Князь владимир на его картине изображен в одеяния красного и синего цвета. Красный означает землю и царскую власть, а синий небо и избранность, что подходит фигуре князя.Так же Владимир держит в руке церковь, что не редко встречается в изображении святых в иконописи. Если говорить о предметов на картине в целом, мы опять же встречаем иконописный канон изображение символов рассказывающих кто перед нами, за спиной героя. «Нимб» больше похож на солнце, что отсылает к прозвищу князя, у его ног крещеные люди, за ним на холме стоят церкви, в сторону которых он направлен.