IMĀGO | современное искусство в Santa María Gloriosa dei Frari
Концепция
IMĀGO — это выставка-интервенция современного искусства (от живописи, до инсталляций, артефактов и кутюра) в пространстве францисканской базилики Santa Maria Gloriosa dei Frari в Венеции. Размещаясь как вдоль стен, так и под самым потолком церкви, представленные произведения занимают тем самым пространство во всех доступных земных измерениях и стремясь проникнуть в измерение небесное. Совокупно с архитектурой и живущими в ней полотнами, скульптурами и рельефами, новые работы объединяются в единую экспозицию, актуализирующую тему стремления к контакту с трансцедентальным, и (не)досягаемости оного.
C латинского Imāgō переводится как образ. «По образу и подобию своему» Бог, согласно Библии, создал человека («Et creavit Deus hominem ad imaginem suam» Gen. 1:27). Тяга человека к обожествлению, стремление к преодолению метафизических границ средствами мира материального, становится главным мотивом выставки, что подчеркивается эпиграфом «oltre i limiti del divino» (за пределами божественного).
Отправной точкой для проекта стала языческая по своему характеру традиция вотивных восковых скульптур в Италии XV–XVI вв. Своего апогея этот обычай достиг во Флорентийском церкви Santissima Annunizata: донаторы, в порыве желания приблизиться к божеству, не только вписывали себя в священную историю на фресках и картинах, но и увековечивали свою память полноразмерными портретными фигурами в их собственной одежде, которых стало так много, что их пришлось подвешивать под потолком.
«Католическая церковь с величайшей проницательностью предоставила обращаемым язычникам законную форму реализации неистребимого религиозного инстинкта: приблизиться лично или посредством своего изображения к божеству» — пишет Аби Варбург в статье «Искусство портрета и флорентийское общество».
Вычурно пышные, и богато-украшенные костюмы воплощают желание возвыситься и обожествить себя. Можно сказать, это стремление к самовыражению доведённое до крайности. Кутюрье XX и XXI веков неоднократно обращались непосредственно к христианским, и в первую очередь католическим образам, самым свежим примером чего является осенне-зимняя коллекция Alta Sartoria Dolce& Gabbana, полностью построенная на прямом цитировании и адаптации ватиканской символики. Её показ проходил в Риме перед Castello Sant Angelo, что служит помимо прочего примером интервенции современного искусства и моды в классическое пространство, имеющее также религиозную значимость. Однако задействие в выставке Imāgo произведений моды — это стремление не устроить фэшн-шоу в сакральном месте (как можно интерпретировать показ Dolce& Gabbana), а воссоздать атмосферу, в которую мог попасть прихожанин церкви 500 лет назад, когда он оказывался окружён одетыми фигурами своих сограждан сверху, и их портретами вперемешку с образами святых на стенах и картинах по сторонам.
Таким образом в пространстве базилики земные и небесные образы объединяются в рассказ о стремлении к трансцедентальному. О желании при жизни, оставаясь в материальном измерении, используя его законы, проникнуть в измерение сакральное — преодолеть незримые границы силами зримых (изобразительных) искусств.
Главный материал, с которым работает кутюр — это ткань. В христианском контексте она приобретает смысл символический и обозначает те самые границы трансцендентального, которые человек стремиться преодолеть. Часто прибегая к орнаменталистике, мода так же говорит на одном языке с христианским искусством, — рельефы на скульптурах и памятниках перекликаются с узорами на одеждах святых, равно как и на представленных костюмах.
Церковь, и в особенности базилика Santa Maria Gloriosa Dei Frari, — это пространство мультимедиальное, говорящее с посетителем средствами живописи, скульптуры, музыки, проповеди, пространственных и оптических иллюзий. Это дополнительно мотивирует выбор работ, выполненных в различных техниках, но соединяющихся в один нарратив. Помимо кутюрных произведений Джона Гальяно, Александра Маккуина, Доменико Дольче и Стефано Габбана, на выставке представлены инсталляция и живопись Франциско Инфанте, фотографии и скульптуры Гора Чахала, а также живопись Андрея Ремнёва. Работы этих художников суть так же попытка проникновения в мир, недоступный земному восприятию.
Так Гор Чахал использует приёмы обратной перспективы в фотографиях из серии «Хлеб Неба», тем самым «отправляя» элементы композиции в другой мир. Кинетическая скульптура «пространство движения механизма» Франциско Инфанте это так же попытка спроецировать функции небесного измерения на поверхность мира трёхмерного (примерно в том же ключе, в котором квадрат на двухмерной поверхности будет проекцией куба). Размещенная напротив главного сокровища церкви «Assunzione», работа перекликается с шедевром Тициана, символизируя тот мир, в который возносится Дева Мария.
Алтарный образ «Ассунты» является ключевым не только для базилики, но и для понимания всей концепции выставки и её связи именно с католическим миром. Событие, празднуемое католиками как «Assunzione», то есть Вознесение, в православии отмечается как Успение, — и здесь кроется принципиальная разница, объясняющая в том числе и возможность в западно-христианском мире такого явления, как вотивные фигуры донаторов и обилие их изображений внутри священных сюжетов.
Тициан Вечеллио. «Вознесение Девы Марии» (Ассунта, 1518, дерево, масло.
В отличие от православия, в католичестве существует догмат о вознесении Девы Марии на небо во плоти: по преданию апостол Фома вместе с остальными учениками проверили гроб Богоматери и не нашли там её тела. Речь идёт не о переходе души в рай, а перемещении Девы Марии во плоти на небо. Таким образом в католическом сознании делается допустимой мысль о физическом контакте с горним миром, что для православия просто невообразимо.
О базилике
В названии церкви Santa Maria Gloriosa dei Frari уже содержится самая главная информация: Santa Maria Gloriosa — это Мадонна во Слове, то есть коронованная на небе после своего Вознесения (о значимости которого было сказано ранее). Dei Frari значит основанная братьями во Христе, а именно монахами-францисканцами.
Орден был основан как нищенствующий, и его существование сводилось к странствиям с проповедями. Однако уже ближайшие соратники Святого Франциска стали основывать монастыри и церкви. Члены братства и по сей день живут аскетично, однако орден никогда не отказывался от даров и поддержки и был любим донаторами.
Santa Maria Gloriosa dei Frari была построена благодаря донаторам и стала средоточением всевозможных даров и вотивных произведений искусства в Венеции. В её стенах находится больше десятка именных надгробий и памятников, рядом с которыми висят шедевры виднейших представителей венецианской живописи.
Так пространство церкви обладает собранием, которая сравнима с коллекциями богатейших музеев, и с произведениями из которого можно выстроить полноценный художественный диалог. Базилика выступает не как декорация, а как пространство для дискуссии, как образно-художественная система координат.
Цель выставки — создать атмосферу, побуждающую к рефлексии о вере и гордыне, о границе между религиозным переживанием, эстетическим наслаждением и языческими инстинктами. Это не навязанный на пустом месте нарратив, развитие заложенной в фундаменте церкви ренессансной эстетики и её связи с современными нравами переживаниями.
Примечательно, что сам Святой Франциск происходит из семьи торговцев шёлковыми тканями, что перекликается с обилием кутюрных произведений на выставке.
Художники-интервенты
Андрей Ремнёв.
Его манера масляной живописи сочетает элементы иконописи и итальянского Возрождения. Сквозной образ творчества Ремнёва — это ткань, которая становится и одеждой персонажей и местом действия картин. Фон и объект, земное и потустороннее сюрреалистично сплетаются, их взаимодействие — один из лейтмотивов творчества художника и выставки.
Андрей Ремнёв. Дюны, 2009, 90×90, триптих, холст, масло
Доменико Дольче и Стефано Габбана
Dolce & Gabbana. Alta Sartoria. Winter 25. Summer 25.
Андрей Ремнёв. Высокая вода 2016, 100×55, холст, масло; Римские каникулы 2017, 100×100, холст, масло
Джанни Версаче
Versace. Alta Sartoria. Spring 1997.
Гор Чахал.
Гор Чахал рассматривает искусство исключительно как христианоцентричный феномен. В своих работах он интерпретирует композиционные законы и колористические решения византийской школы на современный манер. В то же время художник прибегает к современным техникам и медиумам.
Гор Чахал. Хлеб и Вино и Сущий Господь 2010, Холст, прямая UV-печать. 130 × 200.
Александр Маккуин
Александр Маккуин. Givenchy Spring 1997 Couture. Alexander McQueen Fall 2010.
Джон Гальяно
Джон Гальяно. Dior Haute Couture. Fall 2000.
Гор Чахал. Утешителю, 2023, холст, масло, золото. Джон Гальяно. Dior Haute Couture. Spring 2006.
Гор Чахал. Трисолнечный Свет, 2010, скульптура, бронза. Джон Гальяно. Dior Haute Couture. Fall 2006.
Франциско Инфанте.
Работы Франциско Инфанте — это часто попытка запечатлеть закономерности и механизмы мира, находящиеся за пределами человеческого пространственно-осязательного восприятия. Иными словами, он изобретает своего рода приборы для наблюдения за миром, смотрящие не человеческими глазами. Так в серии «Очаги искривлённого пространства» художник использует объекты зеркала, размещенные на открытом воздухе.
Франциско Инфанте. Очаги искривлённого пространства 1979, Фотобумага, черно-белая фотопечать.
Точки интервенции
1-2) Центральный неф; 3) Хоры 4) левый (северный) неф 5) правый неф 6) Сагрестия (бывшая ризница)
Произведения церкви
План базилики и расположение ключевых произведений
- Вход и центральный неф
- Памятник дожу Джованни Пезаро
- «Мадонна Пезаро» Тициана
- Надгробие Якопо Пезаро
- Надгробие Дожа Николо Трона
- «Ассунта» Тициана
- Надгробие дожа Франческо Фоскари
- Хоры
- Памятник Луджи делла Торре
- Франческо Пьянта. Часы.
- Франческо Пенсо и Андреа Брюстолон. Алтарь реликвий.
- Джованни Беллини. «Мадонна на троне со святыми»
Произведения интервентов
- Франциско Инфанте. Артефакт-крест.
- Джон Гальяно и Александер Маккуин
- Доменико Дольче и Стефано Габбана
- Трисолнечный Свет» Гора Чахала
- Франциско Инфанте. Пространство, движение, бесконечность.
- Джон Гальяно и Александер Маккуин.
- Джанни Версаче. Доменико Дольче и Стефано Габбана. Андрей Ремнёв, «Высокая вода» 2016, «Дюны» 2010, «Римские каникулы» 2017.
- Джон Гальяно
- Франциско Инфанте. Космос каббалистики, проекты звёздного неба
- Андрей Ремнёв. Квинта эссенция, 2011.
- Гор Чахал. Хлеб и Вино и Сущий Господь. Фавор. 2010.
Интервенция
Алтарь и центральный неф
«Пространство, движение, бесконечность» Франциско Инфанте над хорами
Франциско Инфанте. Пространство, движение, бесконечность, 1963 (2005), инсталляция.
часовой механизм базилики
Работы Александра Маккуина (слева) и Джона Гальяно (справа) и «Трисолнечный Свет» Гора Чахала в центральном нефе перед хорами
Франциско Инфанте. «Артефакт крест» (использовался в работе «очаги искривлённого пространства» над входом и напротив алтаря
Франциско Инфанте. Артефакт крест, 1979.
Боковые нефы
Джон Гальяно. Dior Haute Couture Autumn 2000. Александер Маккуин. Alexander McQueen. Fall 2010. Антонио Канова. Надгробие Антонио Кановы.
Джон Гальяно. Dior Haute Couture. Spring Summer 2006.
Андрей Ремнёв и кутюр в алтаре Пезаро
Слева: Джанни Версаче. Versace Alta Sartoria. 1997. Андрей Ремнёв «Высокая вода» 2016, «Дюны» 2010 (триптих).
Центр: Тициан. «Мадонна Пезаро» 1519-26 гг.
Справа: Доменико Дольче и Стефано Габбана. Dolce & Gabbana. Alta Sartoria. Fall 2025. Андрей Ремнёв, «Римские каникулы» 2017.
Мадонна Пезаро — фрагмент. Франческо Пезаро и члены его семьи. Dolce & Gabbana. Alta Sartoria. Spring 2025.
Dolce & Gabbana. Alta Sartoria. Spring 2025.
Sagrestia (бывшая ризница)
Джованни Беллини. Триптих Фрари, 1488, дерево, масло.
Андрей Ремнёв, Квинта эссенция, 2011, 60×108, холст, масло
Франческо Пенсо и Андреа Брюстолон. Алтарь реликвий, 1711.
Гор Чахал. Фавор, 2010 холст, прямая UV-печать. 70 × 130. Хлеб и Вино и Сущий Господь, 2010, холст, прямая UV-печать.
Франческо Пьянта. Часы, XVII век.
Франческо Пьянта. Часы, фрагмент. Франциско Инфанте. Космос каббалистики, проекты звёздного неба, 1965, темпера, акварель, белила.
