Резпрезентация наследия Карла Буллы

КОНЦЕПЦИЯ

1. Биография К.К.Буллы
2. Многообразие тем
3. Судьба коллекции
4. Валентин Эльбек и начало восстановления коллекции
5. Анализ экспозиции 5.1. Принцип метонимического отбора 5.2. Жанровое разнообразие как доказательство масштаба 5.3. Сыновья как доказательство династийности 5.4. Историческая среда как часть экспозиции 5.5. Пустоты как намек на необозримость

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ИСТОЧНИКИ

Карл Карлович Булла (1855–1929) — признанный «отец российского фоторепортажа», уроженец Пруссии, в возрасте одиннадцати лет приехавший в Петербург и прошедший путь от посыльного в фотоателье «Дюнант» до владельца самого респектабельного фотосалона на Невском проспекте. В 1886 году он первым в России получил официальное разрешение на съёмку городских видов и окрестностей «везде и всюду», что позволило ему создать уникальную визуальную летопись столицы Российской империи рубежа XIX–XX веков. За более чем сорок лет работы Булла (а затем и его сыновья Александр и Виктор) накопил архив, насчитывающий тысячи негативов: от парадных портретов Николая II и членов императорской семьи до репортажей о наводнениях, пожарах, уличных боях первой русской революции и жизни городских низов.

После отъезда Карла Буллы в Эстонию в 1918 году, ареста Александра (1928) и расстрела Виктора (1938) сотрудники НКВД конфисковали семейный архив. Часть негативов была уничтожена при обыске, остальные были разбросаны по всей стране. Фамилия Булла на десятилетия оказалась предана забвению, а сами снимки тиражировались без указания авторства.

В 2001–2005 годах по инициативе петербургского коллекционера Валентина Эльбека и его единомышленников начался процесс возвращения имени Буллы из небытия. Был воссоздан исторический фотосалон на Невском, 54, сформирован Фонд исторической фотографии имени Карла Буллы, а главное — собрана внушительная частная коллекция оригинальных отпечатков, негативов и документов, связанных с династией. Однако экспозиционное пространство мемориального салона крайне ограничено,и возникла проблема: как показать сотни единиц коллекции, когда физически можно разместить лишь несколько десятков?

Гипотеза — если коллекция Фонда исторической фотографии имени Карла Буллы является количественно внушительной, но располагает крайне ограниченными экспозиционными площадями, то метод экспонирования неизбежно становится фрагментарно-репутационным: отбор экспонатов подчиняется не архивной полноте, а задаче быстрой идентификации масштаба личности и творчества фотографа массовым зрителем. Сама фрагментарность становится смыслопорождающей: пустоты в экспозиции работают не как недостаток, а как намёк на необозримость наследия.

Цель исследования — проанализировать стратегии экспонирования частной коллекции династии Булла, выявив, каким образом ограниченное выставочное пространство и принцип метонимической репрезентации формируют у зрителя обобщённый образ фотографа. Особое внимание уделяется тому, как метод фрагментарной репрезентации конструирует не столько документальную достоверность, сколько репутацию, превращая коллекцию из исследовательского ресурса в инструмент публичной памяти.

Карл Освальд (Карл Карлович) Булла родился в Пруссии, в провинции Леобьютц, 26 февраля (10 марта по новому стилю) 1855 года в купеческой семье. В возрасте одиннадцати лет он приехал в Петербург и устроился посыльным в фотографию «Дюнант». С большим рвением он начал осваивать фоторемесло с самых азов. Вскоре самостоятельно научился изготавливать сухие желатиновые пластины и открыл небольшую лабораторию на Невском проспекте, 110.

С начала своей деятельности Булла тяготел к натурным съёмкам. В 1876 году он служил купеческим приказчиком, а в начале 1880‑х работал помощником фотографа в ателье на Невском, 110, где позже стал работать самостоятельно. В 1886 году он подал прошение градоначальнику Санкт-Петербурга о праве производства «всякого рода фотографических работ вне дома, как то: на улице, квартирах, в местах ближайших окрестностей Петербурга» (прошение хранится в РГИА). Разрешение было получено, выдано свидетельство № 1507.

Развивая дело, Булла стремился размещать ателье в самом центре: на Екатерининском канале, 66; на Невском, 110; на Невском, 75; на Невском, 48. И наконец, около 1908 года приобрёл ателье в доме №54 по Невскому проспекту. Последнее ателье мастера стало одним из самых респектабельных в Петербурге — оно было оборудовано по последнему слову техники и пользовалось популярностью у горожан и гостей столицы. Сфотографироваться у Буллы хотели все: гимназисты и студенты, чиновники и военные, купчихи и фрейлины, художники, композиторы и артисты.

В 1886 году, получив разрешение на съёмку видов столицы и окрестностей, Булла стал корреспондентом-иллюстратором многих русских и зарубежных газет и журналов. Он был официальным фотографом Императорской публичной библиотеки, Общества Красного Креста, Управления градоначальства и других учреждений. Перед ним открылись двери, недоступные для других фотографов: он добился разрешения на съёмку путейских и морских манёвров, учений и смотров войск, спуска кораблей. Самоотверженным трудом он добился права снимать Николая II и членов императорской семьи.

В его творчестве отразились все стороны жизни города: манифестации, визиты государственных деятелей, заседания Государственной думы, торжественные обряды, богослужения, а также архитектура, фасады заводов и фабрик, приюты и детские дома. Он создал целую галерею портретов писателей, художников, членов царской семьи и государственных деятелей. Булла сотрудничал со многими иллюстрированными журналами (чаще всего с «Нивой»), сам издавал свои фотографии и в виде фототипий, и как открытые письма. Открытки по его снимкам выпускали издательства «Рицар», «Община святой Евгении», «Гранберг», А. И. Центер. Его фотографии использовались в оформлении книг и путеводителей.

За более чем 40 лет деятельности Булла получил множество наград. В 1910 году за серию снимков сиротских домов ему присвоили звание потомственного почётного гражданина Санкт-Петербурга (с распространением на прямых наследников). Он снимал неординарные события: наводнение 1903 года, городские пожары, обвал Египетского моста (1904), обвал потолка в здании Государственной думы (2 мая 1907 года), авиационную неделю 1910 года. По его фотографиям выпущено более 1000 открыток с видами Петербурга.

Переехав в новую квартиру и ателье, Карл Булла уже имел двух взрослых сыновей — Александра и Виктора, которые стали его полноценными помощниками. Однако фигура отца была настолько яркой, что затмила их собственный вклад. С большим трудом, по публикациям того времени, исследователи выделяют из наследия Карла Буллы работы сыновей. Например, В. Никитин в книге «О фотографиях и фотографах» пишет, что в Ясной Поляне в 1908 году Карл Булла снимал Л. Н. Толстого вместе с Виктором. Но в одном из издательств открытых писем того же времени мы встречаем изображение Толстого, автором которого значится Александр Булла. Это лишний раз подтверждает, что исследование династии не только не завершено, а находится в самом начале пути.

Булла одним из первых в России начал систематически снимать жизнь города за пределами павильона. В его объективе — работа заводов и фабрик, приюты и детские дома, разгрузка барж, заторы на Невском, ночлежки для бедных и строительство мостов. Именно он первым показал непарадный Петербург.

Булла добился права на съёмку военных манёвров, учений войск гвардии, смотров и спуска кораблей. Позже его сын Виктор, работая корреспондентом в Русско-японскую войну, создал фронтовые репортажи, за которые был награждён медалью «За храбрость».

Наравне с заседаниями Государственной думы и визитами иностранных делегаций Булла фиксировал торжественные богослужения, крестные ходы на Невском проспекте, обряды и церковные церемонии, а также религиозных деятелей — неотъемлемую часть жизни империи.

Булла создал целую галерею портретов: писатели, художники, члены царской семьи, государственные деятели. В его ателье на Невском, 54, считали за честь сниматься гимназисты и чиновники, купчихи и фрейлины, артисты и композиторы. Умение разговорить человека позволяло ему получать живые, естественные и непринуждённые портреты.

В июле 1918 года Карл Булла подал прошение о выдаче заграничного паспорта и уехал на остров Эзель (ныне Сааремаа в Эстонии) — на родину своей жены. Причиной стала та историческая ситуация, которая сложилась в России после революции. Булла, по происхождению немец, никогда не скрывавший своего происхождения, к тому же официальный фотограф царской семьи, оказался в новой реальности «неудобной» фигурой. На Эзеле он организовал собственную фотостудию в здании бывшей начальной школы и библиотеки. Из-за политической обстановки он не смог вернуться в Россию и жил до самой смерти в Эстонии. 27 ноября 1929 года Карл Карлович Булла скончался от сердечного приступа.

Социальные потрясения, бушевавшие в России, не обошли стороной и его сыновей. В 1928 году был арестован и отправлен в ссылку Александр Булла. А в 1938 году по доносу одного из сотрудников фотосалона Виктор Булла был арестован. После двух допросов он был вынужден «сознаться» в шпионской деятельности. Родственникам сообщили, что он «враг народа, сослан в ДВК, десять лет без права переписки». В официальных бумагах было сказано, что Виктор умер 19 апреля 1944 года от рака желудка. Но существует документ с грифом "Совершенно секретно", где говорится о том, что Виктор Карлович Булла был расстрелян в октябре 1938 года. В 1958 году Виктор Булла был посмертно реабилитирован.

Сотрудниками НКВД у семьи Буллы был конфискован результат их творческого труда — негативы, накопленные за десятилетия кропотливой работы. Часть негативов была варварски уничтожена при обыске. Оставшиеся были изъяты и в настоящий момент составляют основу коллекции Государственного фонда кино-фотофонодокументов — более 130 (а по некоторым данным, до 138) тысяч единиц хранения. Запрет на упоминание фамилии Булла наложил отпечаток на десятилетия.

Эту трагедию зафиксировал в стихах Евгений Шварц, поэт и драматург, который в своей переписке с Лидией Корнеевной (дочерью Чуковского) вспоминал, как читал стихотворение «Фотография К. Буллы». Рукопись сохранилась в Российском государственном архиве литературы и искусства.