Ах, мой милый Людвиг

Выставка четырёх художниц — о языке и (не) возможности коммуникации в современном мире, и потому она — посвящение Людвигу Витгенштейну, одному из величайших философов языка XX века. Но мы вспоминаем и сказку Ганса Христиана Андерсена «Свинопас» с лейтмотивом: «Ах, мой милый Августин, /Всё прошло, прошло, прошло!»

У Андерсена всё прошло по-разному: для тех, кто мыслит поверхностно, будущего нет, для тех, кто ищет правды — оно наступит. Сама средневековая песенка по легенде была написана музыкантом Августином, упавшим во время чумы в яму с трупами больных, но его песню услышали, вытащили и он даже не заразился. Эту же мелодию в XVIII веке играли часы на Спасской башне в Москве. Важно искать правды в языке, культуре, историческом контексте — и тогда можно будет избежать чумы, и всё пройдёт.

Проект Эрики Савиной «Гипертолерантность» предельно минималистичен. Это фраза «Мне кажется, что я не могу говорить о том, что меня не касается», но на разных языках, принадлежащих странам и народам, конфликтовавшим в недавнем прошлом или конфликтующим сейчас. Художница поднимает вопрос о том, что каждый сам за себя, и более того, каждое отдельное сообщество не позволяет другим говорить о своих проблемах.

Мелания Никифорова в проекте «Язык лиминальности» обращается к четырём своим личным идентичностям, странам, между которыми поделена её судьба. И рассматривает истории каждой страны через серию триптихов о стране как жертве, как агрессоре (на языке страны) и через личное письмо гражданина, пострадавшего от конфликта, правда, именно эти письма написаны нейросетью. Может ли быть на основе ИИ создан новый язык вроде эсперанто? И если нет контекста реального мира, то действителен ли язык?

В инсталляции Алики Галимовой «Спокойного сна» появляются объекты и факты, исчезают слова. Два столкнувшихся мира — вне конкретных языков и культур, в форме, понятной всем. Технологии визуального позволяют донести сообщение без слов. На стенах — живопись с постелями кингсайз и роскошным бельём. На полу — матрасы без белья, с узкими проходами между ними, условия, в которых низы обеспечивают мечты тех, кто выше.

Полина Боликова в своём проекте Mismessage предельно обостряет проблему возможности коммуникации. Витгенштейн предлагал своим студентам мысленный эксперимент «Жук в коробке» (Beetle in a box) — у каждого он как будто есть, но каждый под жуком может подразумевать своё, и это уже личный язык, который нельзя передать другому. У каждого своя боль. Но разделить её можно. Если попытаться.

Одной из самых важных черт современного мира является толерантность, гипертрофированная до самой высокой степени. Так, например, белому человеку нельзя говорить о проблемах Black Lives Matter, поскольку он не может познать их изнутри. Но не ведёт ли это к предельному равнодушию и замкнутости, атомизации сообществ, которые могут делиться на разности до бесконечного одиночества? К отрицанию сочувствия, эмпатии, того, что мы все люди, и справедливость должна быть для всех? Не станет ли это легализацией всеобщего равнодушия и говорения только о себе?

Художница задаётся этими вопросами и пишет на одинаковых холстах одну и ту же фразу: «Мне кажется, что я не могу говорить о том, что меня не касается», но на разных языках, принадлежащих странам и народам, конфликтовавшим в недавнем прошлом или конфликтующим сейчас. Это отчёркивание, отчуждение своих от других посредством незнания другого языка — одно из печальных свойств нашего времени. Забытие того, что все мы люди и так и должны относиться друг к другу.

15 холстов 40х50 см, акрил. Языки: русский, английский, иврит, арабский, грузинский, украинский, осетинский, армянский, азербайджанский, турецкий, абхазский, сербский, хорватский, китайский, тайваньский

Проект Мелании Никифоровой представляет собой тексты на языке четырёх стран, которые составляют «гибридную», расколотую идентичность её собственной биографии. Её страны: Южная Осетия, Турция, Греция, Великобритания. В работах текст используется как изображение — без лишних визуальных элементов. Главный герой проекта — язык, который, будучи средством коммуникации, одновременно становится и препятствием для неё.

Гибридность — один из наиболее широко используемых и спорных терминов в постколониальной теории. Гибридизация означает взаимодействие различных культур, в ходе которого они сливаются, не отказываясь от своих особенностей, превращаясь в идентичность новой третьей культуры. Художница считает важным провести параллель между культурой, идентичностью, языком и творчеством, так как они напрямую связаны историческими коннотациями.