See It

Я потеряла слух в возрасте 2,2 года. Почти сразу предпоследняя степень потери слуха (за ней — глухота). До этого, по воспоминаниям мамы, у меня был «музыкальный слух», то есть, я могла «чисто» повторить произнесенные взрослыми слова. После же начался откат. Я перестала говорить и почти перестала реагировать на звуки. Моим родителям пришлось приложить немало усилий к возобновлению моей речи и социализации в обществе. Я ходила в обычный садик, потом в обычную школу, хотя моим родителям предлагали отдать меня в интернат для глухих и слабослышащих, где детей учили только жестовому языку, а домой они приезжали только на выходные. Родители отказались, за что я им очень благодарна. Я закончила университет, устроилась на работу по специальности, вышла замуж, родила двоих детей — казалось бы, идеальная инклюзия. Но есть ли на самом деле эта инклюзия в нашем обществе? Я все время пыталась быть «нормальным человеком», тем самым отказываясь признать, что у меня действительно ограничены возможности, а значит, у меня есть дополнительные потребности. Однажды я остановила эту бессмысленную мимикрию под «нормальность». Моя работа посвящена личному опыту, увидеть то, что должно быть услышано.