Как патенты на игровые механики влияют на индустрию видеоигр?

1. Концепция исследования: а. основание выбора темы b. принцип отбора материала

2. Анализ кейсов a. Mass Effect b. Nintendo c. Middle-earth: Shadow of Mordor

3. Выводы

4. Библиография 5. Источники изображений

Закрепление и защита авторских прав в любой индустрии призвана защитить авторов, творцов и изобретателей, дать им возможность зарабатывать на своих идеях. За сотни лет появились разные способы и формы утверждения, передачи и защиты прав авторов, например, патент, успешно работающий во многих сферах, например, с программным обеспечением.

Есть сложности с тем, как закон классифицирует игры и отдельные игровые механики. Обычно их рассматривают как компьютерный код, программу для ЭВМ, что позволяет получать патенты на конкретную программную логику. В отличие от сюжетных ходов или операторских приемов, на программу можно оформить патент, запретить всем создавать что-то, работающее по той же логике и выполняющее ту же функцию. Именно так некоторые компании поступают с игровыми механиками.

Такие действия вызывают недовольство и среди игроков, и среди разработчиков. И те и те уверены, что патенты на механики только вредят индустрии, тормозят ее развитие. Задача моего исследования — проверить правильность таких опасений.

Для этого я проанализирую несколько громких случаев оформления патентов на игровые механики за последние годы. Я хочу выяснить, действительно ли такая практика пагубна для индустрии, и если да, в чем именно оно выражается. Если патенты на игровые механики не оказывают на развитие индустрии никакого влияния, я проанализирую, почему у игроков и разработчиков могло сложиться такое впечатление.

Для анализа я выбрал несколько самых резонансных и громких дел за последние несколько лет. Такая выборка объясняется исключительно удобством: по таким кейсам намного проще искать информацию. Я убежден, что такая выборка не повлияет на результат исследования, так как если опасения игроков и разработчиков беспочвенны, причин для беспокойства не будет и в самых громких делах. Но если присутствует негативное влияние, на публичных обсуждаемых кейсах они будут более заметны, что облегчит работу над исследованием.

В исследовании не будут рассматриваться случаи оформления компаниями патенты на «настоящие», физические технологии. Например, дизайн и устройство консолей или контроллеров. В этих случаях техническая новизна обычно неоспорима. Отмечу только, что такие патенты часто не приводят к появлению новых разработок на рынке, компании оформляют их даже если не собираются производить. Это делается для того, чтобы ослабить конкурентов и немного закрыть им окно возможностей. Если несколько компаний разрабатывали схожую технологию тот, кто первый оформит на нее патент, получит преимущество, отбросив остальных назад. Одна из подцелей исследования — узнать, применяют ли корпорации ту же логику, патентуя игровые механики.

Mass Effect — первая игра одноименной серии, повествующей о приключениях капитана Шепарда в фантастическом мире далекого будущего. Кроме спасения галактики и прокачки персонажа, игроку предлагается большое разнообразие союзников, с которыми можно поговорить на разные темы, подружиться и даже завести отношения. Игрок может влиять на ход разговора выбирая реплики главного героя в предложенные моменты. Эта механика часто встречается в играх разных жанров.

На изображении выше можно увидеть, как именно выглядит выбор варианта ответа в диалоге. В каждой игре этот интерфейс выглядит по разному, но только издатель этой игры, компания Electronic Arts, решил запатентовать конкретно их решение. Патент под номером US20070226648A1 больше не дает разработчикам возможности воплотить эту механику в виде сегментов на колесе.

Сложно сказать, чем вызвано такое решение, но в любом случае, это один из самых безобидных примеров патентования механик в играх. Он не блокирует разработчикам доступ к интересной и уникальной механике, а лишь защищает конкретный способ ее воплощения.

Компания Nintendo, основанная аж в 1889 (тогда она занималась созданием японских игральных карт), знаменита количеством оформляемых ею патентов. Несколько раз за последние годы ее патенты привлекали внимание публики, причем многие из них она сама никогда не использовала. Поэтому этот раздел озаглавлен именно названием компании, а не конкретной игрой.

Nintendo применяет в патентовании механик ту же логику, что я описал в начале исследования — патентует вообще все идеи, которые кажутся ей хоть немного интересными, но которые она сама не планирует пока использовать. Как уже было сказано, это делается для того, чтобы конкуренты не могли больше использовать эти идеи в своих продуктах.

На иллюстрации выше — недавний патент Nintendo. Непрофильные СМИ решили, что такая консоль прямо сейчас находится в разработке, но в случае конкретно этой компании получение патента говорит об обратном. Скорее всего идея портативной консоли с двумя экранами, которые можно по разному подключать, показалась Nintendo достаточно любопытной, чтобы не допускать ее появления у конкурентов, но не достаточно, чтобы самим создавать нечто подобное.

Остановиться подробнее мне бы хотелось на одном из их патентов, под номером US20210370178A1. В нем в деталях описана очень интересная механика, позволяющая «откатывать назад во времени» положение отдельных объектов. На иллюстрации выше видно, что бочка запомнила пройденный ею путь, и при активации может перемещаться по нему в обратном направлении. Эта механика могла бы отлично показать себя в самых разных головоломках, но теперь мы не увидим ее около двадцати лет, пока длится патент. Шанс на то, что Nintendo вернется к этой идее, крайне мал.

Middle-earth: Shadow of Mordor отправляет игрока в знакомый многим по книгам и фильмам мир Средиземья. Ему предстоит столкнуться с приспешниками Саурона и противостоять им, собирая свою армию орков и уничтожая орков опасного противника. Главная особенность игры — система Nemesis, наделявшая каждого встреченного противника индивидуальностью. Он запоминал прошлые схватки с героем, их исход, получал в бою с ним новые шрамы, повышался в звании, если убивал героя и так далее.

Получение издателем патента на эту систему одновременно удивило и расстроило многих игроков. Удивило потому, что Nemesis не был революционной технологией — это было логичное продолжение идей многих проектов, использующих процедурную генерацию. Поначалу вопросы возникли и у американских регулирующих органов: те сослались на похожую систему в игре «Crusader Kings 3». Warner Bros. боролись за патент около пяти лет, пока вдруг патентное ведомство США, без объяснения причин и внесения компанией каких-либо значимых изменений в заявку, не одобрило ее в полном объеме.

Патент на систему Nemesis стал одним из самых громких патентных скандалов в игровой индустрии. Его прокомментировал даже именитый разработчик Рафаэль Колантонио:

Колантонио говорит о том, как формируются новые жанры видеоигр. Сначала появляется одна прорывная игра, уникальным образом комбинирующая механики или даже создающая новые. Потом у нее появляется несколько идейных наследников от других разработчиков, которые расширяют и углубляют идеи изначальной игры. Со временем у такого типа игр появляется преданная аудитория поклонников, жанр получает свое название, а в будущем другие создатели используют его идеи в других невообразимых сочетаниях, создавая все новые и новые интересные игры. Система Nemesis могла встроиться в очень многие игровые жанры, но из-за этого патента никто из разработчиков не может экспериментировать с ней. Возможно, индустрия потеряла несколько интереснейших поджанров из-за этого решения…

По результатам моего исследования можно сделать неутешительные выводы. В случае с видеоиграми, патенты действительно оказывают только негативный эффект. В лучшем случае они запрещают разработчикам использовать конкретные творческие решения, но в худшем — препятствуют развитию целых новых жанров, присваивая себе права на разработки, основанные на идеях и итерациях многих и многих авторов.

Мне кажется, исправить ситуацию может выделение видеоигр в отдельную патентную категорию с новыми критериями уникальности. Уникальность игры кроется не в использовании уникального кода, к которому никто другой не должен иметь доступ. Уникальность игры — в уникальном опыте, который она дарит своим игрокам через сочетание общедоступных механик и аудиовизуального оформления.

Завершить исследование мне хочется другой фразой уже упомянутого сегодня геймдизайнера Рафаэля Колантонио, который лаконично подытожит влияние патентов механик на игровую индустрию: